Suspiria
Режиссер Лука Гуаданьино отдал дань уважения Дарио Ардженто, однако во многом снял абсолютно иной фильм, нежели просто римейк легендарной картины указанного автора. Подробнее о том, забрал ли танец душу режиссера Гуаданьино, или он попросит вашу – в рецензии от «Смотрите кино!»
Промозглый, серый и жутко дождливый день где-то в Западном Берлине, неподалеку от стены, в конце 70-х гг. Юная рыжеволосая Сьюзи Бэннион (Дакота Джонсон) приехала из Огайо в поисках балетной школы-интернат мадам Блан (Тильда Суинтон). Стать ученицей этой легендарной танцовщицы не так просто, Сьюзи должна еще пройти прослушивание, на которое сама мадам Блан явиться не соизволила (не тот уровень). Но Сьюзи – девушка крайне целеустремленная, и поступить в эту школу – ее билет в жизнь, который подарит ей свободу и независимость, ведь она из религиозной семьи меннонитов. Поэтому Сьюзи танцует так, что стены огромной враждебной школы, больше похожей на дом культуры в советском стиле, сотрясаются, заставляя все-таки главную учительницу тайно явиться на прослушивание.
Несколькими днями ранее юная Патрисия (Хлоя Грейс Морец) внезапно и не по расписанию пришла на сеанс к своему психотерапевту – уже престарелому доктору Йозефу Клемпереру (Тильда Суинтон), невнятно и бессвязно рассказывая ему о странных событиях, творящихся в стенах балетной школы. В ее речах постоянно упоминается матушка Маркос (Тильда Суинтон), которая хочет вдруг очутиться внутри Патрисии. К моменту прихода в школу Сьюзи Бэннион Патрисия бесследно исчезает, что группа учителей, состоящая сплошь из женщин, объясняет тем, что девушка состояла в левой террористической организации, которая как раз активничает в Берлине. Однако ее подруга и одна из учениц Сара (Миа Гот) начинает сомневаться. Она сближается со Сьюзи, видя ее безупречный талант и не желая потерять новую подругу.
Лука Гуаданьино зарекомендовал себя как один из самых интересных европейских режиссеров, имеющий не только свой авторский почерк, но и особый эстетический взгляд на рассказываемые им истории. Его предыдущие ленты, среди которых выделяются драмы «Большой всплеск» (и в ней, кстати, также играют Тильда Суинтон и Дакота Джонсон) и сенсация прошлого года «Назови меня своим именем», отличались скорее реалистичностью, драматичностью и буйством нешуточных страстей, однако никоим образом не касались мистики, хоррора или ужасов.
С этой позиции выбор «Суспирии» выглядит странным. Тем более, оригинальный фильм, придуманный и поставленный легендарным мастером Дарио Ардженто, давно стал культовым и идеальным образцом жанра джалло – когда в картине тесно переплетается хоррор, триллер и эротика. Браться за это, как минимум, ответственно, безрассудно и… смело. Хотя если оценить, что в итоге вышло у Гуаданьино, то его «Суспирия» никак не выходит за рамки авторского стиля итальянца.
Невероятная эстетика, не просто красивая, завораживающая, яркая, несмотря на блеклые приглушенные цвета и полутона, интеллектуальная, умело выстроенная, визионерски разнообразная, но при этом четко выдержанная в одном стиле, что лишь подчеркивает кульминационная сцена фильма – оглушает, обескураживает, но восхищает и вводит в своеобразный транс.
Ярко выраженный драматизм, который раскручивается вместе с сюжетом, растет одновременно с параноидальным напряжением, глубоко вплетаясь в основу повествования. По сути, именно драматизм, положенный в историю вместе с ключевыми событиями сюжета, только и взял у Ардженто Гуаданьино, выкрутив их интенсивность по собственному лекалу, переработав то, что сам режиссер называет «сенсорной атакой на зрителя» у Ардженто полностью на свой лад, но обрушивая при этом на кинозал свою силу и мощь не менее виртуозно.
Не отбросила новая версия и созданный ранее Ардженто и его женой Дарией Николоди мифологизм трех матерей. Тут он упоминается вскользь, сосредотачивая внимание на той, чье имя вынесено в название картины, но все же выступает фундаментом системы координат того мира, который существует внутри школы-интернета, паразитируя на вновь прибывших, (именно систему координат напоминают рисунки Патрисии в ее дневнике, призванные объяснить доктору, что к чему). Три матери, три богини, три первоисходных зла, еще до рождения христианства: матерь Тенебрарум, матерь Лакриморум и матерь Суспириорум. Темнота, слезы и скорбь. И танец как ритуал, посвящение, перерождение, призванный перевести ученицу на другую сторону. И танцы в «Суспирии» по своей хореографии, накалу и смыслу просто великолепны.
Для ужесточения ситуации и нагнетания зловещей атмосферы опасности Гуаданьино вводит в сюжет терроризм. Он как общий фон, на котором происходят события и как точка протеста внутри труппы (Патрисия постоянно связывается с террористическими кругами). Он как символ стремления к власти – также и во внешнем мире, и во внутреннем, очень изолированном мирке школы, где за право высшей власти борются матушка Маркос и мадам Блан. Интересно, что именно тогда, в 70-х гг. в Европе буйствовал не только терроризм, но был и на определенной вершине развития феминизм, а в картине Гуаданьино среди персонажей сплошь женщины. И конклав ведьм, безусловно, – это метафора феминизма, когда сильные и умные представительницы (якобы) слабого пола собираются вместе и тем раздражают общество. Мужские же персонажи в «Суспирии», за исключением престарелого доктора психотерапевта, сплошь смехотворны, глупы и ничтожны.
Хотя, чего уж там, доктор лишь свидетель (причем как иносказательно, так и буквально в финале) – мужчина, который слушает, наблюдает и анализирует, как страдают женщины этого мира (он же психотерапевт, помните?). Выписывает лекарства, изучает дневники и вяло действует. Возможно, из-за собственной психотравмы, когда их с женой во время войны разлучили нацисты, отправив в разные стороны, а ее – на верную смерть. Как искал доктор Клемперер свою возлюбленную супругу, роль которой, к слову играет Джессика Харпер (именно она – первая Сьюзи Бэннион нашего мира) известно мало, но не исключено, что также вяло, как он искал и Патрисию.
Сам Дарио Ардженто выступил продюсером новой «Суспирии», дал свое авторское благословение и одобрил кинопроизведение Гуаданьино. Со слов последнего, Ардженто охарактеризовал свой фильм как очень яростный, агрессивный и нападающий, а картину Гуаданьино – как нечто нежное. Для каждого из этих итальянцев их «Суспирия» была важным и личным фильмом, но для Гуаданьино – особенно. Мечтал он о нем очень давно, когда ребенком увидел афишу и чуть позже, подростком посмотрев фильм. С его же слов в интервью, он засыпал с мыслью о том, как на экране будет написано «Суспирия. Фильм Луки Гуаданьино». Мечтай о чем-то, и это обязательно сбудется.
Всегда восхищаясь сильными женщинами (вспомните любой фильм Гуаданьино, даже «Назови меня своим именем»), он привык работать с одними и теми же актрисами сразу в нескольких проектах. Если уж совпали их творческие волны. Дакота Джонсон, которая уже снималась у него в «Большом всплеске», после своей роли в «Суспирии», навсегда заставит забыть зрителя о своем карьерном недоразумении – съемках в трилогии «Пятьдесят оттенков серого». Два года она профессионально занималась балетом, чтобы быть убедительной в танцевальных сценах (и она и, правда, такая). А потом еще примерно год посещала психотерапевта, чтобы выйти из роли Сьюзи Бэннион.
Любимая актриса итальянца Тильда Суинтон всегда находит в нем отклик для своих творческих экспериментов. К примеру, в том же «Большом всплеске» именно по ее инициативе героиня Тильды не разговаривает. В «Суспирии» вообще происходит что-то невероятное. Актриса играет сразу три персонажа. Помимо мадам Блан, изощренно загримированная Тильда воплотила старика-психотерапевта (ей даже для пущей достоверности изготовили искусственный пенис). И не менее изощренно загримированная сыграла в эпизоде роль матушки Маркос (тут вы точно ее не узнаете, и не пытайтесь).
Атмосфера без музыки, да еще и в фильме о балетной школе никак невозможна. И такой завершенной, странной, притягательной, особой и будоражащей новую «Суспирию» делают композиции Тома Йорка, вокалиста и гитариста группы Radiohead, который, между прочим, раньше для кино музыку не писал, хотя предложений получал просто масса. Но режиссеру удалось уговорить музыканта – точнее просто попросить, как говорит сам Гуаданьино.
Сексуально, но без секса (он упоминается лишь пару раз, но абсолютно невинно, ведь не выступает фундаментом власти для этих женщин). Эротично, но без эротики. Параноидально пугающе со всеми к этому причастными элементами – кровь, боль, жестокость, невыносимые страдания, открытые переломы, внутренние органы наружу и т.п. Без смакования, с визуальной эстетикой и интеллектуальным наполнением, если вы захотите увидеть его основу. Новая «Суспирия» войдет в историю кинематографа – и это безусловно. И, с большой долей вероятности, даст дыхание умным, интеллигентным хоррорам, способным выступить культурологическим пластом нового поколения и отражением нашей новой реальности, в которой сплошь и рядом старые проблемы – противостояние полов, нацизм, а, если глобальнее – борьба за власть.
Смотрите кино!
В украинском прокате – с 22 ноября 2018 г.
Год: 2018
Режиссер: Лука Гуаданьино
Авторы сценария: Дэйв Кайганич, Дарио Ардженто, Дария Николоди
Жанр: ужасы, хоррор, драма, триллер
В ролях: Дакота Джонсон, Тильда Суинтон, Миа Гот, Хлоя Грейс Морец, Джессика Харпер и др.
Страна: Италия, США
Хронометраж: 152 мин.
Фото: Вольга Украина
